И раствориться бесследно в мирской памяти...
Умереть, не почувствовав боли и отчаяния, и не осознав, что это именно смерть, по возможности умиротворённо и безмятежно, — это ли не «витальная» ценность ветхого человека?
Я её разделяю… И это отступничество от великого проекта новой земли, нового неба и нового человека.
Метка: ценность
Голографическая сакральность мира
Каждая материальная частица — от электрона до кварка, и, более того, каждая живая клетка органической структуры космоса является информационным носителем мироздания. И, возможно, именно эта информационная роль — голографическая миссия — является основной, главной, по отношению к материальной, явно обналичивающей ткань мироздания. Все такие частицы — прежде всего информационные носители, агенты и хранители главной ценности и первейшего свойства мира — информации.
Умение извлекать из материального «сырья» имманентную информацию — ключ к познанию мира. А умение творчески перекодировать, информационно нагружать — в целесообразном замысле — атомную структуру мира, превращая ее компоненты в эффективные носители и накопители информации и тем самым модифицируя онтологический рельеф мироздания — уже богодейственная стратегия регуляции мира.
Композитная целостность
Уважая индивидуя, цени и его тараканов!
За-душевный мир
Чувство одиночества — в его психологической сверхглубине и фатальной неотступности — порождает образы идеального мира отношений — пронзительно чистых и детски восторженных. Это откровение сверх- или за-душевной реальности…
Чтобы принять этот воодушевляющий мир по ту сторону эмпирики и оценить его безусловную ценность, нужно безвозвратно погрузиться — провалиться — в одиночество: окончательное, бескомпромиссное, отчаянное. Абсолютное…
Навязанные дары
Оказавшись однажды втиснутым в тесную камеру одинокого пребывания — скоропостижного одиночества, — был вынужден, чтобы удержать своё Эго от разрушительного бунта, возлюбить этот нечаянный дар и найти в нём утешение и творчество, наслаждение и покой, чувство и мысль, невольно обретя и утвердив в нём свою и гордость, и смирение…
И так эта ценность висит наградой — тяжёлой как чугунная медаль, и драгоценной как золотая, высшей пробы — на моём самосознании, включившим форсаж гармонизирующей субъективации…