Перейти к содержимому

…Вернулся в прошлогоднюю точку осознания и психологического стояния бытия на берегу извечного и бесстрастного потока пространства-времени, в котором экзистенциально струится жизнь…
Сколько за год наворочено! Наверное, на полжизни могло бы хватить, — при умном-то ее проживании!..

Иногда сознание оказывается в пограничной зоне — на пересечении рефлексивного «проигрывания» действительно-реального и мнимо-реального, во власти процессов «сверхпамяти». Это функция мозга в режиме дополненной памяти, генерирующая фантазийно восполненную и причудливо оптимизированную реальность прошлого. Стробируя настойчивые импульсы внешнего мира и порождая внеопытный экзистенциальный поток личности, эта ментальная «экранизация» виртуальной истории человека актуально-параллельно определяет его текущее переживание.
Принцип компенсации не[до]пережитых ощущений прежних дней?

Три великих проклятия эмпирического человека, безжалостно утягивающие его в воронку небытия:
~ закон больших чисел, неумолимо действующий в абстрактно-социологической реальности, статистически беспощадно подвергающий общество слепой «децимации»;
~ биологическая инерция жизни в ее изнашивающем личность конкретно-психологическом проявлении, бесцельно влачащая индивида в экзистенциальном потоке по ухабам судьбы;
~ и как адская сень — смерть, законодательно определяющая ветхого человека… Так природная сила оборачивается человеческим бессилием, естественный закон — нравственным беззаконием, произвол неразумной стихии — безволием разумного начала.

Пасхальные обетования во время повального мора воспринимаются с особенным чувством и страстным чаянием: душа истово надеется на жизнь, веруя в ее благодатное торжество и сосредоточенно собирая и воссоединяя в единый поток ее ослабелые силы.

И прямо противоположная интенция в ситуации «пира во время чумы» — тело обречённо пускается в последний разгул жизни, отчаянно прожигая последний уголек бытия...

…Тайная любовь к жизни не позволяла ему принять правду предстоящего расставания с этим таким небезупречным, таким условным и коварно-вероятностным миром: с насупившимся летним дождём небом, с неспешно-мудрым потоком всегдашней реки, с озабоченно-напряжённым гулом мегаполиса, в событийной ткани которого каждую секунду творилась история многих и многих человеческих судеб… Без этого контента безвозвратно теряла смысл не только его жизнь, но и его поствитальная будущность…