В информационном обществе для сохранения душевной экологии, ментального психоценоза, а в пределе — физического здоровья и личностной идентичности, необходимо практиковать информационное воздержание, отшельнически удаляясь в информационную пу́стынь и выдерживая сухой post — как цифровой аскетизм и отказ от постов в информационных сетях.
Метка: Рай
Адское заземление рая
Борьба за рай на земле отправила многих ретивых в ад подземный.
Но и рай небесный в попытке его достижения в реальном состоянии бытия оборачивается именно адом на земле.
Небесная застава эмпирического бытия
Можно быть интуитивно уверенным в существовании иного, потустороннего — именно трансцендентного — мира. При этом вполне логично предположить, что в его структуре «объективно» нет ни Рая, ни Ада, немилосердно постулируемых христианской топологией загробного мира. Тот мир именно иной и в этом смысле парадоксальный, он сверхэмпирически необычен, включая логические обороты мысли.
Ад и Рай — произведение испуганной рефлексии ущербной антропологии. Там все достойней и совершенно выбивается из логики и нашего мира, и ее закономерного экстраполята — воображаемой логики загробного мира. Там высокая — занебесная — художественная архитектура мироздания, а не земные ошлепки истинного бытия, заболоченного эмпирикой: битый кирпич исторически надуманного миропредставления, фантазия которого не выходит из потребительского морока агрессивного пожирательства жизни...
Божественная тьма
Св. Пётр — привратник Рая.
А кто при вратах Ада? Архангел Сатанаил/Люцифер (= Светоносный)? Но царское ли это дело?.. А падшим ангелам и, тем более, серафимам и херувимам не положено по законам Небес.
В Библии слишком много умолчаний — намного больше, чем сказанного.
Харон тоже не в счет, он всего лишь нанятый лоцман, да и путь его в совсем иные пределы…
Он сам там и стоит! Он в двух лицах — Бог и Сатана, в двух ипостасях и функциях! Ересь конечно, но вполне логичная. Это одно и то же лицо, но двуликое. И потому Библия об этом умалчивает. Думаю, эзотерики это давно вычислили.
Более того, думаю Бог — по преимуществу бог грешников, а не праведников. Последние вполне самостоятельно восходят к небесному свету. А вот для тех, кто погружается во мрак — для них светоносный бог невыносим, губителен, им нужен Сатана, чтобы сберечь их. И потому Бог (именно бог света) укрывает их от своего света и спасает, излучая свет в ином диапазоне. Двоякий Люцифер, Он есть и бог тьмы. Но это тьма природы человеческой...
Мрачный конец темного света
Конец света — на самом деле задуман как конец тьмы, в которую в ходе исторического времени постепенно-прогрессивно погружается человечество, гедонистически легализующее все лукавые чудеса технологий, т. е. вне-человека (или без-человека), вместо того, чтобы сосредоточиться на социально-гуманитарных «технологиях» восходящего развития самого человека как живого нравственно-физического организма и, особенно — внутри-человека (или во-человека), т. е. его внутренней сущности, которая есть его личная душа, до смертного момента телесно воспитываемая и духовно образовываемая (эвристически обучаемая) для активного соучастия в божественной литургии творения мира… Это обретение зрелой душой своей личности в ее уникально-самобытной значимости, которая в высшем мире становится ипостасью теосоциального многоединства. И напротив, можно сказать, что вызревшая личность обретается и воспаряется душой, которая как семя цветка в свою пору отрывается от родного лона, устремляясь в широкий мир и открываясь для жизнетворческих возможностей…
Конец света — это тот предел ненормальности социоестественной истории, онтологического порядка мира и немирности самого мира, который, по критериям божественной экологии сущего, уже дальше и дольше невыносим. Это темный и тяжелый геологический осадок пещерной человечности на поверхности богоданной планеты; это тяжелые, психологически вязкие и исторически инертные фракции — антропологический гудрон — той человечности, которая в своей лучшей природно-культурной сущности как светлый и легкий, уже сверхприродный дистиллят способна заслуженно испарять от земли к небу как чистый дух…
Таким образом, Страшный суд отделяет Бытие от небытия — то и другое в абсолютном содержании; этот Суд проводит непреходимую грань между истинным и ложным, между радостью и горем, раем и адом?