Перейти к содержимому

Невыявленное незнание в своем позитивном выражении есть необнаруживаемая критическая некомпетентность.
Точно также, неузнанная глупость субъекта, или выражаясь «правильно», политкорректно, не выявленный недостаток его мудрости, оборачивается для него статусом нормально-разумного индивида.
Воистину, «не пойман — не вор»!

Истинные — фундаментальные — ошибки те, которые не обнаруживаемы. Возможно, никем и никогда.
В пространственно-временной точке срабатывания таких метафизических триггеров онтологический сюжет меняется — кардинально и необратимо — с системными последствиями и выходом квази-субъекта на новую эволюционную траекторию бытия.
Должно быть, не все из этих ситуаций ошибочного выбора/переопределения, осуществляемого в латентной/бессознательной форме, имеют катастрофический характер, но судить об этом не представляется никакой возможности.

В абстрактно-юридическом государстве, в бездушно-правовом обществе субъектом является не живая личность, а «бумажный человек» как внеприродная ипостась гражданина — это некоторый архив файлов, документов (паспорт, различного рода удостоверения и справки и т. п.), а с погружением в расчеловеченную трясину IT и закономерно-неизбежной трансформацией социального взаимодействия из непосредственно-личностной формы в безлико-цифровой алгоритм богоданная сущность с чувствующей душой и страждущим телом превращается в гражданский пиксель дегуманизирующей социальной матрицы...

«Я сомневаюсь, следовательно, я мыслю, и, следовательно, я есмь» (Антуан Леонард Тома, 1732—1785)
Сомнение — импульс к обналичиванию безличного и сознательно инертного (или вовсе даже пустопорожнего) «нечто», т. е. становления «Я» как субъекта.

Люди почти идеальны как реальные субъекты… на достаточной межличностной дистанции и при отсутствии психо-эмоциональной коммуникации. И тогда они совершенно идеальны как воображаемые субъекты.
Люблю их всех беззаветно как возможный мир в целом!
Дистанционная идеализация как свойство эмпатического поля.