Перейти к содержимому

При взыскательной рефлексии со временем из всего доступного памяти, мысли и чувству остаётся немногое, которое ценностно-смысловым образом поляризуется: Мир во всём его неохватном величии и многоцветье неувядающих красок бытия — с одной стороны, и грусть, томление несвершенного и не вполне проявленного в этом мире творчества, преображающего и сливающего воедино Абсолютную душу мира и собственную раздробленную душу, — с другой…

С утра его скоропостижно пробило чувство, что он, да, уже давно и беспробудно счастлив!

Социальная диссоциация — очужетворение исконных братьев по общим отцам-предкам, прогрессирующее в гражданском обществе вырождение родственных отношений в целом вызывает цивилизационную деградацию братской структуры социума, распад нравственно-естественной связи поколений в целокупном отечестве, препятствует осознанию «правды» родственного чувства и признанию долга патрофикации и, в конечной неизбежности, означает окончательную утрату отцов — в безнравственно-бездеятельном отсутствии сынов у могил отцов их некому воскрешать.
Безотцовская история превращается в изъеденную «чужим» временем — временем жизни безродных и чужих отцов — теоретическую труху школьного учебника, онаученную макулатуру безродно-исторической беллетристики.
Рискуя историей в настоящем, современное общество рискует не только будущим человечества, но и, более того, — его прошлым!

Любовь почти непосильным трудом чувства приговаривает человека эмпирического, заброшенного в этот мир, к состоянию сверхэмпирическому, к совершенству богочеловеческому…

Шик современной культуры повседневного пользования — загасить личность как окурок гражданского чувства сапогом самодовольного невежества…