Перейти к содержимому

Не мы, и не мировое целое живет во времени, а время оживает в нас и длится нами, прядется актуальной космологией; не объекты развиваются и меняются со временем, а внутреннее «процессование», изменение объектов есть мера времени. Не движение материи во времени, а генерация времени импульсами материи. Если остановить изменение, то исчезнет и время, как вода в пересохшем источнике.
Время жизни биологической особи — это количество (разы, циклы…) делений клеток, очевидно, не зависящее от внешнего времени, а определяется внутренними законами организованности (структурно-функциональной логикой связей): это количество циклов регенерации и последовательность деления запрограммированы в организме на клеточном уровне — как определенный потенциал существования, пребывания биологического объекта в «состоянии жизни». В свою очередь деление клетки — цепь необходимых жизненных процессов.
Можно ли допускать существование «атома времени», кванта дления — фора́она (греч. φορά — время) — как продукта некоторого изменения/движения; как особого вида радиации, вызванной спонтанной активностью объекта, его имманентными, биологически детерминированными, процессами?

Ключевым фактором алкогольного эпизода, как правило, является не количество реально утробленного спирта, а ощущение, насколько много выпито…
И потому главная интрига связана не с объективной дозой, а с ее субъективной оценкой, осуществляемой в режиме реального времени переживания сюжета допингового изменения сознания.

Эмпирический человек очень болезненно воспринимает всякое упоминание о необходимости развития, эволюции, каких-либо изменений вообще, особенно — внутриличностных.
Всякие теории о «гуманизме», «человечности» по отношению к обывателю, в конце концов, оборачиваются тихим саботажем, мелкопоместным чванством и принципиальной неготовностью к личному подвижничеству, нежеланием и боязнью трудного, но благостного восхождения к совершенству.

Низкая облачность и быстрый ветер создают ощущение, что небо «течет»…
Изменение временно́го масштаба стабильного, «абсолютного» явления… обнаруживает его динамический, относительный характер; инвариант в истинном представлении становится вариативным.

Исправить будущее логически так же невозможно, как и прошлое: и та, и другая футурологема путешествий во времени логически «дематериализует» само время…
Изменить будущее еще более абсурдно, чем изменить прошлое! Ибо будущее еще не определено в его фактологической эмпирике, его событийная ткань еще не соткана… В гипотетико-логическом же предположении редактирование состояния будущего, отсчитываемого от настоящего, возможно лишь из прошлого по отношению к этому же настоящему: изменением прошлого текущего момента и его будущего (как текущего настоящего и, далее, как будущего настоящего). И это ситуация двойного логического абсурда — «временного уробороса»…