Перейти к содержимому

Если бы горизонт восприятия букашки каким-то образом расширился до необъятности Космоса, то… это была бы трагическая эсхатология букашечного бытия, онтологическая гибель букашки и ее мира… Или начало нового мира? Как букашка вообще может претендовать и способна ли стать явлением космическим, фактором развития сверхбукашечного/надбукашечного мира (конечно, не отрицая при этом космической истории ее генезиса)? Как, когда и на каких творческих основаниях букашка может заявить о своих правах на Мироздание, на соучастие в его творении, преображении и благобытии?

Человек — букашка высшего порядка — представитель и предстоятель всего букашечного мира, и потому на нем ответственность за всякую тварь неразумносущую!

Ключевым фактором алкогольного эпизода, как правило, является не количество реально утробленного спирта, а ощущение, насколько много выпито…
И потому главная интрига связана не с объективной дозой, а с ее субъективной оценкой, осуществляемой в режиме реального времени переживания сюжета допингового изменения сознания.

Непрерывность явлений жизни — малоприметных в их масштабе и очень незначительных в их событийном содержании, — в интегральном результате необратимо меняющей онтологический ландшафт мироздания, — императивный принцип бытия, его трудно схватываемый в моменте эволюционно-«субатомный» фактор.

Система безопасности «последнего уровня»: сбой технических или программных комплексов, некорректная работа операционной системы или системы искусственного интеллекта всех уровней общности и сложности — техногенная «патология» любой причинности и характера никак не должна отражаться на жизни и судьбе человека, общества в целом.
Такое требование определяет свод фундаментальных правил роботизированных систем, систем искусственного интеллекта (онтологическое расширение положений А. Азимова). Но технически реализация такого императива, и этого совершенно ясно, не решается! Нужен эффективный психобиологический фактор как «живая автоматика» оценки и предотвращения угроз… Это значит, что естественный разум тоже должен быть организован в виде психосоциальной нейросети — некоего поля-эгрегора, обобщающего индивидуальные психики (физико-социологическая конъюгация психик, по В.Н. Муравьеву).
Таким образом, системы ИИ могут исследоваться и апробироваться как модели возможного многоединства сознания — «живого», актуально дееспособного и богомощного!

Является ли мозг, мышление атрибутом исключительно жизни?
Является ли жизнь непременным условием мышления?
Является ли обязательным биологический субстрат мышления?
Возможен ли разум, интеллект — если он действительно таковой — искусственный? Насколько важен генезис интеллекта с точки зрения его мыслительной полноценности, рациональной мощности, творческого потенциала? Является ли сама природа интеллекта фактором содержания и направленности выдвигаемых им самим целей, способности формализации проблем, локальной и глобальной рефлексии?
Если ИИ по всем проявлениям, всем качественным свойствам является действительно интеллектом (со свойственной ему биологической атрибутикой), то может ли он считаться искусственным?
Зачем вселенной интеллект, не обремененный историей ветхого человека? Или, напротив, не направлен ли стихийно возникший процесс цефализации на преодоление биологической разумности, на эволюционное избавление природы от человека как живого существа-носителя разума?
В обобщенной проблематике вопрос можно переформулировать: является ли интеллект, «биологически чистый разум» необходимым и достаточным условием существования и развития мироздания?