Перейти к содержимому

Должен ли быть разум непременно био-органическим?
В организованности вселенной (как это представляется в рамках современных представлений) нет никаких указаний на то, что сознание обязательно должно быть развернуто именно на органическом субстрате. В вихрь глобального эволюционного процесса вовлекается космической вещество, энергия и информация; в его естественной «логике» — факторное участие фундаментальных взаимодействий и космических излучений в широком диапазоне… Органическое же явление разума в антропной форме может быть лишь одним из результатов, скорее всего, — промежуточных или вовсе необязательных в масштабе Универсума. Возникает логическая предпосылка абиологической «ереси»: вполне допустимо мыслить, что высшая нервная сигнализация может быть эволюционно реализована в виде, например, сети гравитационных волн, космических излучений различного спектра, взаимодействий, а локальная/галактическая/вселенская разумность проявлена космологической активностью ансамблей космических объектов, процессов и явлений различной степени общности в рамках системно организованных целостностей (планетная биосфера, звездная система, галактическая констелляция…), для которых характерны функции сознавания и целевого действия, возможны дальнодействие и быстродействие, осмысленность и всепроникновенность, всеобщность и всюдность.
И тогда сам Космос, даже в части его «холостого» пространства, и есть мультицелостная структура и неограниченный функционал мирового разума…

Аутист аутисту — всё равно аутист!
Это эмпирический принцип независимого аутизма как специфическое действие закона отрицания отрицания?

Знание дела обязывает к деланию дела — действию. Познание — как долговой вексель, означающий обязательство исполнения дела, объективации знания: приведения реальности в соответствии со знанием о должном состоянии этой реальности.
Знание — долг; труд — исполнение долга. Знание обязывает, труд по знанию искупляет: не освобождает (надпись «Труд освобождает» на воротах концлагеря Дахау), оставляя мир эмпирически затхлой реальности, а напротив, напрягает (и даже запрягает — нравственно и физически!) в сверхэмпирическом усилии претворения наличной реальности.
В действительном итоге: осознать, значит изменить. Это и есть истина, которая освобождает.
Знание — не только свет, не только сила; истинное знание — действие и свершение преобразования. Это принцип трудного знания, т. е. гносеоургии.

Обычно в снах время, ощущение его «действия» отсутствует; воспроизводится темпорально неопределенная, вневременная ситуация.
Но иногда в морфейных видениях сюжет развивается именно во времени, причем, как правило, в будущем, и как еще только предстоящее событие, даже если воспроизводится история прошлых дней.

Мемориально восстанавливая родовое древо человечества и олицетворяя его пантеон, нравственно следовало бы оперировать не прогрессивным понятием новое поколение, акцентирующим зачатие как самостоятельное начало — рожденных потомков, — а напротив, музейской категорией старые поколения, указывающей на истинное начало потомков и его окончание — умерших предков.
Сам термин поколение уже смещает смысловой центр тяжести в восприятии рода на его младших представителей и тем самым создает диссиметрию родового чувства. Скользящая в бесконечность актуальность возникающего, нового (одержимая операцией плюс один) в высокомерном забвении уходящего, минувшего (упраздняющим действие минус один, отрицающим вообще весь предыдущий ряд)…