Отношение к жизни в потоке бытия мечется как флюгер на ветру: от жизнедерзкого взыскания вечности и обретения желанного бессмертия, — и до убийственного хотения поскорей со всем этим уже покончить, и провокационного искушения исполнить качественное закрытие темы бренного бытия…
Метка: обретение
Вражеское одружнение
Как успокоиться и перестать заводить (в смысле, обретать) врагов.
И как перестать бояться врагов.
И как прощать врагов.
И как обращать врагов в друзей.
И, наконец, как самому уметь быть другом.
Невинное желание
Одно, самое главное и истинно последнее, выше которого уже ничего нет, желание: исправить все ошибки своей жизни, искупить все вольные и невольные поступки-действия, слова-суждения, мысли-желания! А на все, что уже не поддается такому исправлению, — получить прощение и отпущение грехов. И в итоге — вернуться к изначально-детской непорочности, безгрешности и чистоты; заслуженно обрести «индульгенцию»! J Пожизненную. Сквозную. На всю жизнь, от рождения и до гробовой доски. Так, чтобы очиститься до первоначального состояния невинности.
Представить почти невозможно: головокружительное ощущение полной невинности! Это, по сути, удел божественного существа, души ангельской чистоты.
Природно обветшавший человек
Нужно тепло попрощаться с эмпирическим человеком в его ветхой гуманистической, духовно-нравственной, интеллектуально-психической качественной определенности и достойно проводить на эволюционную «пенсию», похоронив — увековечив — его… в летописи глобального исторического процесса.
И осознанно начать новую страницу развития, запустить гуманистически-рациональный сценарий эволюционирования для обретения новых возможностей, открывающихся и новому человеку в его сверхэмпирической качественности — новой антропологии, гуманизма, духовности, интеллектуальности, и новому миру в его неисчерпаемой бесконечности смыслов, творимых и творящих тонкую реальность социоприродного бытия.
Сомнительное мироощущение
Движители мира — отнюдь не оптимисты и самоуверенные люди, а «оптимисты поневоле», люди трагического миросозерцания. Не праведники и святые, а очень далёкие от этого состояния и сознающие это: сомневающиеся, пребывающие в постоянной саморепрессии, мятущиеся, мировоззренчески ортогональные по отношению к самим себе и другим, и в этом находящие оплот своей силы. В их мучительном поиске собственных психологических констант, попытках обрести себя и возвести личностную твердыню в вечно меняющемся мире — залог спасения многих вовсе не помышляющих о спасении…