Известно, что «жаба в своей жабости может быть красавицей».
А вот жаба в своей индивидуальной жабости может ли быть личностью?
В.И. Вернадский исследовал биологические процессы в поиске гранулы органической ткани, которая служит искрой — первичным началом и источником — жизни.
А как насчёт «крупицы бытия», с которой начинается психика?
Метка: начало
Катастрофическое сознание мира
Полная и сквозная рационализация мира — тоскливый аналог энтропии, умно «вывернутой» наизнанку; при этом позитивное решение катастрофически оборачивается таким же эсхатологическим исходом, как и в негативом энтропийном варианте.
А для Творца такой мир есть уже не творческая, а техническая, скучно-детерминированная модель сущего… Божественная скука — явление абсолютной энтропии.
Наличие креативного «запала» мироздания требует разумного, но до конца все же не предсказуемого начала; сохранение онтологической интриги мирового целого предполагает действие сознательных, но остающихся на границе или за горизонтом детерминизма факторов. В замысле Бога о мире и человеке последний служит стохастическим эволюционным импульсом сущего; именно с человеческой активностью мир обретает бесконечность вариаций, исполняя тем самым вселенскую вечность самого Универсума. Антропный принцип — особого рода божественное установление для раскрытия абсолютного бытия в его конкретных космологических воспроявлениях.
Постпреджизнь
Расхожая сентенция «После 60-ти жизнь только начинается!» — сомнительная мудрость, луковая мантра.
А вот подозрение «В 65 лет жизнь уже заканчивается!» — объективное правдоподобие, грустная вероятность.
В любом безотрадном случае, если после 60-ти жизнь только начинается, то чем были «преджизненные» 60 лет? Латентным состоянием жизни, недожизнью? И тогда психовозрастное «кокетство» превращает самообман в самоизобличение «недоличности».
А не дожившие до чудесного начала «настоящей» жизни — просто экзистенциальные эмбрионы-выкидыши, вовсе не обретшие бытие, и потому не получившие личностного выражения, не имеющие никакого психологического веса в социальной истории?
Нестандартная модель
Стандартная модель противоречит всем законам физики, для которых эта модель — как логический корень, концептуальное лоно! Представление о возникновении всего из ничего — целостно преисполненного Единого из безмерного абсолютного Ничто, — представление о Большом Взрыве, лишенном какого-либо взрывчатого вещества, — жестко и категорически противоречит всем законам сохранения всего и вся — материи, энергии, информации…
Единственно действительно логически гладкое и даже гармонически требуемое допущение — это признание вечности некоторых реликтовых залежей «исходной» субстанции и связанных с ней объемов вещества, энергии и информации — с учетом взаимоконверсии этих начал мироздания. Вовлечение последних в процессы эволюционной трансформации, пластики, включая взрывные преобразования, вызывает сущностные превращения реальности, проявление новых эффектов, синтез материальных частиц, видообразование материи и смену онтологических состояний сущего… Логика тривиальная: субстанция вечна, ее формы и свойства изменчивы; сущее переливается своими ипостасями, или, по слову Плотина, «преисполняясь собой, изливается через край», т. е. воспроявляется в некоторой определенной астрофизической и проч. системной конкретике свойств. Их-то невнимательный наблюдатель и наблюдает, абстрактно изучает и делает концептуально инфантильные выводы.
Одно положение «нестандартной модели» требует аксиоматизации. В вечно кипящем эволюционном горниле сущего неизбежно возникает бесконечное множество форм разумной жизни, которая в креативном биении вечности не может не обрести статус и космологические полномочия мирового разума, и эти полномочия таковы, что сам эволюционный процесс становится произведением мирового разума, творца. Эволюция в универсуме, достигая накала эволюции сознания и мирового самосознания, обретает сверхэмпирический характер творческой космогонии — эволюции самого универсума — как архитектурно-художественного игрища Богов, Творцов всея миров.
Мировая религия общения
Люди, буднично входя в поток общения, часто не знают и не пытаются предугадать, к чему их приведет этот опыт общения; куда, на какую психологическую отмель или, напротив, в какой ментальный омут вынесет их сознание это случайное течение мыслей и слов, невербальных знаков... И ещё меньше они способны осмысливать и даже просто фиксировать в режиме реального времени те незаметные импульсы души, слабые токи сознания, которые индуцируются и бродят в психическом поле их личности при взаимодействии с иной субъектной реальностью...
Непредумышленный авантюризм свободного общения заключается в том, что процессы такого взаимодействия идут повсеместно, постоянно и, как правило, спонтанно, в режиме повседневной практики; эти потоки общения почти не артикулируются ментально самими субъектами общения. Персонажи-агенты этих больших и малых психовихревых процессов, сами о том не ведая, выходят в космос — психологический — даже не замечая этого и не надевая никаких «доспехов». Это может служить непосредственным свидетельством того, что человек — существо изначально «космическое», он «замышлен» для и потенциально готов к реализации способности общения, излучения и восприятия эмпатии, проявления эмоционального разума — тех удивительных явлений человеческой природы, которые выдают в нем божественное начало, ибо общение — это и есть генерируемая «из ничего» энергия, связывающая мир в единое целое — именно общее.
Общение — это литургика всеобщей мировой связи, т. е. истинной религии; это антиэнтропийный феномен, проявляющийся космологическим эффектом... И потому разумное и чувствующее существо тонкими нитями общения вяжет нетленную онтологическую ткань мира, можно сказать, ткет полотно Большого бытия…