Перейти к содержимому

Если бы среднестатистическому индивидую заурядно-природного покроя в зрелом возрастном статусе неожиданно и чудесно было бы даровано для его эмпирической жизни время, скажем, ещё вдвое большее прожитого им срока, то...
...он продолжил бы до гробового упора лихорадить свою душу и мутить терпеливые небеса?
...или же постарался бы исправить то, что уже накосячил в минувшие дни своей жизни?
К сожалению, ответ на этот вопрос не может быть получен экспериментально. Интуиция все же подсказывает второй вариант — для тех, разумеется, для кого эта тема психологически актуальна, — реализуемый в рамках «закона больших чисел».

В какой-то момент жизни приходит грустное понимание: какие бы планы на будущее не строить и как бы успешно не продвигаться в их осуществлении, неожиданно настигает отчаянное чувство: все равно не успеть! — не успеть принципиально, фундаментально в своей жизни. Причем, даже если бы прожить ещё сто лет, и в тот интервал жизни совершить много действительно очень важных, добрых и полезных дел, то все равно, парадоксально неустранимое жизненное «неуспеть», скорее всего, останется и станет даже еще более сильным и отчетливым — не успеть больше того, что не успевалось ста годами ранее... Для творческой личности «объем» неуспетого лишь растет с ростом продолжительности ее жизни — жизни, остающейся все же временным явлением этой личности, т. е. ее актуальности в мире как существа бренного.
В этой психологической коллизии сказывается объективный характер неуспевания личности, природно определенной в бренном статусе. Экзистенциальное неуспение как неумирание человека, длимость его жизни, оборачивается неуспением как непоспеванием личности во временных интервалах жизненных дел, а значит и неуспением как безуспешностью самой судьбы смертного существа.
Временная антиномия неуспения решается только в вечности самой личности, ибо можно ли неуспеть в бесконечном времени?.. Но это и будет истинным Неуспением — жизнью бессмертной…

Иной раз наибольшее затруднение вызывает самый простой вопрос.
Чем проще вопрос, тем осторожнее должен быть ответ. И тем неожиданнее может быть эффект…

Одним из фундаментальных свойств личности является её принципиальная непредсказуемость, случайность: самое простое движение и души, и тела всегда оказывается, хотя в целом и детерминированным, но все же, в конечном счете, неожиданным — для мира, для окружения, иногда — и это истинная персонифицированная феноменология — даже для самой личности.
О личности всегда можно судить лишь по ее внешним проявлениям, но это уже не есть личность. Личность — это то, что лежит в основании этих, уже состоявшихся проявлений. Принципиальная неопределенность личности в своих конкретных проявлениях — самая большая загадка, самая большая интрига тварного мира, самый большой риск и самая большая потенция… В этом соль, и в этом драматизм личности… Это персонально выраженная феноменология свободы; это онтологическая реальность личности.