Иногда от гордости до стыда — один нравственный инсайт; от стыда до гордости — одна вспышка бунтующего самомнения.
От зла до добра — один волевой поступок; от добра ко злу — один шальной проступок.
От греха до праведности — одно твердое покаяние; от праведности до греха — один шорох темной природы.
От ненависти до любви — одно великодушное прощение; от любви до ненависти — одна случайная обида.
От печали до радости — всего одна солнечная улыбка; от веселья до грусти — всего одно мимолетное ощущение.
От земли до неба — одна молитва; от небес до земли — один падший ангел.
Метка: праведность
Нетелесный орган страдания
Душа — страдалица по своей конституции.
Даже — и особенно! — душа, наверное, страдает у праведников: по самому́ статусу праведности.
Война запредельных миров
Силы небесные — светоносные воинства рая, с Востока, и орды подземные — преисподние власти тьмы, — с Запада.
И битва меж них — не оружием мира сего: мечами, пушками и самолётами, силой и немощью, верованиями и знаниями, — а воюют добродетелями и грехами, праведностью и порочностью, любовью и ненавистью. И победы их — души, купленные за цену их истинной сущности.
И когда чертоги ада опустеют — ибо все будут искуплены, и когда войско преисподней обезлюдит — ибо в вечном мраке и изнывном холоде не останется ни одного нераскаявшегося грешника, — тогда и тьма ада рассеется в нестерпимом свете вселенской благодати, и власть дьявола истает в сердечном тепле безупречной любви всеединства...
Затертый аверс личности
Люди на самом деле лучше, чем даже они сами о себе думают.
Но как пробиться к этой сердцевинной сущности? Как пройти по узкой тропе правильного восприятия «настоящего» — глубинного, психоядерного — человека?
Путь выработки такого зрения — это узкая и опасная тропа, с одной стороны которой — реальная пропасть повседневной греховности человека, которая генерируется непрерывно в ходе эмпирических переживаний (не о том помыслил, не то возжелал, не так сделал или, напротив, не сделал или не сказал/промолчал, не исполнил обязательства, не оказался на высоте и/или не был праведен с жизненно допустимой погрешностью...). Это крайность — как коварная осыпь, уносящая человека в его душезрении своего ближнего в пропасть негативного отношения...
С другой стороны — отвесная скала непомерно вознесшейся самопричинной любви ближнего к самому себе, ни на чем не основанной и оправдываемой лишь фактом самого собственного существования этого ближнего, повседневный клич которого — горделивое «Возлюби себя!».
Порочное разнообразие бездны
Еще раз и в иной смысловой тональности перефразируя Л. Толстого, можно сделать эмпирическое предположение: все праведники праведны одинаково, каждый грешник грешен по-своему.