Перейти к содержимому

Природу не обманешь, ее можно только преобразить, а это уже не примитивное лукавство, а многопрофильный творческий труд; не поверхностное — обманно-косметическое — притворство, а глубинное — сущностно-космическое — претворение.

Св. Пётр — привратник Рая.
А кто при вратах Ада? Архангел Сатанаил/Люцифер (= Светоносный)? Но царское ли это дело?.. А падшим ангелам и, тем более, серафимам и херувимам не положено по законам Небес.
В Библии слишком много умолчаний — намного больше, чем сказанного.
Харон тоже не в счет, он всего лишь нанятый лоцман, да и путь его в совсем иные пределы…
Он сам там и стоит! Он в двух лицах — Бог и Сатана, в двух ипостасях и функциях! Ересь конечно, но вполне логичная. Это одно и то же лицо, но двуликое. И потому Библия об этом умалчивает. Думаю, эзотерики это давно вычислили.
Более того, думаю Бог — по преимуществу бог грешников, а не праведников. Последние вполне самостоятельно восходят к небесному свету. А вот для тех, кто погружается во мрак — для них светоносный бог невыносим, губителен, им нужен Сатана, чтобы сберечь их. И потому Бог (именно бог света) укрывает их от своего света и спасает, излучая свет в ином диапазоне. Двоякий Люцифер, Он есть и бог тьмы. Но это тьма природы человеческой...

Психодинамика загробного бытия однонаправлена: только вверх, от тьмы к свету, из бездны к небесам.
Изменить участь душ ушедших людей можно только молитвами живущих. Такая молитва, по самой ее добровзыскующей сути и благоточивой природе, есть импульс, движущий душу на более высокие орбиты божественного света, или, по крайней мере, облегчающие мрачную участь попавших в преисподнюю.
И тогда уже дело — за самими душами в мире теней, молитвопреклоняющими своих печальников в мире света.

Природа морочит человека его ущербной сущностью и казнит бренностью.
Человек дурачит природу слепым разгулом стихий и карает космос хаосом.
Космоисторическая взаимность — взаимоиррациональная и взаимотрагическая.
Невыученные уроки недо-сознания наматывают темные сроки полуобморочного недо-бытия…

В христианстве важнейшей добродетелью, согласующей человека с Богом, является смирение. В цивилизационно-мировом и вселенско-экологическом прочтении это можно интерпретировать как согласование общества с Миром, с Природой, их коэволюция; как смирение или замирение социальной истории с естественными законами «Большого Бытия».
Смирение — значит «с миром», со-мирие, т. е. гармонизация человеческого и природного. Или эволюционное соразвитие двух начал, в котором человек — природная ипостась Мира, восходящая к Богу. И потому смирение — сошествие человека в мир для просветления и одухотворения этого эмпирического мира путем всеобщей регуляции (Н.Ф. Федоров), пронизывающей все уровни бытия сущего. И тогда всеобщее спасение через смирение. И будет мир всем и во всем мире — полное и истинное умиротворение.
Но со-мирие — не пассивное смирение, не страдальческое, и тем не менее, безучастное претерпевание энтропийной эрозии наличного бытия, его апокалипсирующего упадка. Это деятельное согласование — с-миром-согласие — истории восходящего человека с историей преображаемого мира, теоантропологии с космологией путем овладения установочными законами мира, фундаментальной логикой его бытия и архитектоникой мирового пространства-времени. Смирение — активное, «за мир ответственное» спасение мира, означающее мирное состояние мира, его восхищающий ко благу апокатастасис «от края до края» сущего.
Сам Христос, пришедший в Мир для его спасения, — «кроток есмь и смирен сердцем» (Мф. 11:29).