Во времена детства нынешних стариков малых детей пугали тем, что чужой дядя заберёт или даже съест их. Но любой нормально социализированный взрослый был готов прийти на выручку чужому ребенку.
В нынешние толерантно-рисковые времена детей пугают тем, что посторонний дядя с добрым лицом заговорит с ним, поощрит улыбкой, заботливо поинтересуется его состоянием, предложит или окажет помощь в затруднительной/опасной ситуации и, не дай Бог, погладит его по голове.
Цивилизационно продвинутые законы враждебной социализации…
Метка: социализация
Обозленная натура добра
Не все субъективно исповедуемые ценности объективно ценны. И не все возвещенные большому миру истины безупречны в их личностном восприятии.
Не всякая социализация — благо и ведет индивида к успешной интеграции в социум («А социум то какой?»).
Не все ошибки, даже страшные и фатальные делают человека окончательно порочным, совершенно безнравственным, неискупимо падшим; не все грехи безвозвратно низводят душу в мрачные пределы истинного зла...
Даже обозленная натура — человек, жестокосердно ошпаренный злом мирской эмпирики, — в высшем измерении всегда хранит как священный завет о самом себе благой образ своей способной к восхождению сущности...
«De vivus aliquid male»
«De mortuis aut bene aut nihil» — «О мёртвых или хорошо, или ничего».
Тогда, по правилу логического отрицания, о немертвых (т. е. живых) и нехорошо (т. е. плохо), и чего (т. е. не́что), что в итоге фразируется формулой: «О живых — хоть что-нибудь, но плохое» — «De vivus aliquid male».
Грустная эмпирика: именно эта предустановка — о живых только что-то плохое — в первичном восприятии новоявленного ближнего и доминирует в социально-психологическом взаимодействии современников «по умолчанию»! :-(
Так и социализируемся, так и цивилизуемся в гражданско-правовом угаре тотальной розни и недоверия, инстинктивно предпочитая говорить (судить, думать, сплетничать, сочинять, клеветать) о живом ближнем что-нито дурное, особенно в ситуации непонимания высоких мыслей и благородных поступков этого ближнего...
И в неизбежном заключении этой нравственно ущербной логики ближний воспринимается как ближний недруг или даже как потенциальный враг. Вечное подозрение в затаенном коварстве как яд, разлитый в душе…
Аминь ближнему!
Психокультурный метаморфизм
Как, почему и в какой момент человек становится пидωрасом? Я не о геях, а именно о пидωрасах в российской актуализации этого термина.
Как социальный патологоанатом, вынужден задаваться и пытаться ответить на простой вопрос: как и когда нормальный человек — домашний мальчишка и граждански-соразмерный соотечественник — перерождается в нагло-самомнящее существо — угорелого имбецила и пидωра, — который считает не только возможным, но и вменяет себе в обязанность хамить, разноформатно гадить, агрессивно подгребать под себя дары мира, выдавая это за свою силу, личностную состоятельность и успешную социализацию?
Е-социализация ПК-одиночек
В гулком социальном вакууме и стерильном безмолвии, в выстуживаемом и опустыниваемом, но пока еще живом — параллельном — социальном пространстве происходит культурно-энтропийное воспроизводство и глобализация статистически IT-тиражируемого персонального одиночества…
Сетевой эмоциональный психозаменитель личности, псевдо-социальный суррогат формируют агрессивную среду техно-социализации…