Если эволюционирующее существо (а эволюция — единственный способ бесконечного дления жизни), к тому же ещё и разумное, обретёт бессмертие, то оно неизбежно станет конкурентом Создателю.
Может поэтому все смертно? Бог создал потенциального соавтора мира и... предохранился от конкурентных последствий для своего миротворческого авторитета?
Бог не достиг ещё такого творческого просветления, когда всякое сотворчество — космологическое торжество и восторг мирового произведения, а не местечковое соперничество и захолустная, ценностно смехотворная претензия?
Или же, напротив, смерть и ее преодоление — как раз и есть то великое творческое задание и всемирный исторический урок для человечества, исполнив который и тем самым достигнув совершеннолетия, общество заслуженно, творчески равноправно, в «чине» совершенства войдет в божественный ранг мироустроителя?
Метка: человечество
Технологическая врожденность культуры
Технологии — это культурный рефлекс человечества, или корректнее, — аналог животного инстинкта для культурного живого вещества.
Космическое земство вселенски мобильного разума
Учреждение космического земства — гуманизация и оземствование пустынно-безжизненных и внеразумно-обестоворчественных звездных миров-земель — требует от космо- и миро-человечества астрофизических технологий действительного планетоходства, астроводительства и галактикоруководства, в целом богосотворческого и богосодействующего вселенского предводительства…
Розничная психология а-космизации
Социальный космос во власти стихии губительной фрагментации социума, характеризующейся возникновением — идеологическим конструированием — новых линий разделения, технологической сегрегации, причем не только глобального человечества, но и локальных сообществ, культурно-этно-конфессиональных и национально-исторических общин, поляризации по цивилизационно расширяющейся системе «гражданских» признаков...
Исторически взрывными темпами идет наработка, легализация, культивирование и практическое освоение асоциализирующих и дегуманизирующих стереотипов поведения, личностных взаимоотношений, восприятия мира в целом.
Следующий этап — деантропологизация ветхого человека и роботизация его сознания, функционирующего на цифровом субстрате «машинно-мышиных» мозгов…
«Мозги в бочке», которая пуста.
Мрачный конец темного света
Конец света — на самом деле задуман как конец тьмы, в которую в ходе исторического времени постепенно-прогрессивно погружается человечество, гедонистически легализующее все лукавые чудеса технологий, т. е. вне-человека (или без-человека), вместо того, чтобы сосредоточиться на социально-гуманитарных «технологиях» восходящего развития самого человека как живого нравственно-физического организма и, особенно — внутри-человека (или во-человека), т. е. его внутренней сущности, которая есть его личная душа, до смертного момента телесно воспитываемая и духовно образовываемая (эвристически обучаемая) для активного соучастия в божественной литургии творения мира… Это обретение зрелой душой своей личности в ее уникально-самобытной значимости, которая в высшем мире становится ипостасью теосоциального многоединства. И напротив, можно сказать, что вызревшая личность обретается и воспаряется душой, которая как семя цветка в свою пору отрывается от родного лона, устремляясь в широкий мир и открываясь для жизнетворческих возможностей…
Конец света — это тот предел ненормальности социоестественной истории, онтологического порядка мира и немирности самого мира, который, по критериям божественной экологии сущего, уже дальше и дольше невыносим. Это темный и тяжелый геологический осадок пещерной человечности на поверхности богоданной планеты; это тяжелые, психологически вязкие и исторически инертные фракции — антропологический гудрон — той человечности, которая в своей лучшей природно-культурной сущности как светлый и легкий, уже сверхприродный дистиллят способна заслуженно испарять от земли к небу как чистый дух…
Таким образом, Страшный суд отделяет Бытие от небытия — то и другое в абсолютном содержании; этот Суд проводит непреходимую грань между истинным и ложным, между радостью и горем, раем и адом?