Традиционная поминальная надпись на могильной плите: «Помним, любим, скорбим» — грустное и пассивное выражение любви из этого мира в иной, как светильник чувства, постепенно угасающий теплым светом.
Встречное — деятельное и призывное — обращение из того света к этому: «Я вас люблю. И поныне!». Как тот свет нравственного семафора, отчаянно пронзающий смертный мрак сигналом другого бытия и возбуждающий в сердце и душе неотрекшихся от любви к ушедшему в иные пределы ближнему страстный отклик!..
Вместо ритуальной эпитафии R.I.P. (лат. requiescat in pace) — «покойся с миром», т. е. в бездеятельном забытье там — в том мире, — надлежит быть V.I.P.(лат. vive in pace), т. е. «живи в мире» — обеспокойся миром, активно следуя императиву любви бессмертной и творящей и исполняя долг воскрешения здесь — в этом мире! И тогда уже истинно R.I.P. — resurrectio in pace — воскрешение в мире как активно-нравственный отклик на призыв «Воскреси меня!».
Свет, сквозящий чрез миры…
Метка: любовь
Бог как аварийная любовь
Бог — это, в первую очередь, Бог грешников и для грешников. Он — Бог спасения, а именно грешники нуждаются в прощении и спасении. Праведники же сами из своей благотворной природы способны возрасти до нравственно зрелой личности, до творящей инстанции вселенского масштаба, до статуса мировой космологической силы.
Бог любит грешников в том смысле, что спасает их. Бог любит праведников в том смысле, что попустительствует им в их самостоятельном восхождении к добру и творчеству, и тем самым споспешествует им, ибо они из своего благотворного естества своим усердием обретают боготворческий статус и входят в небесное воинство добра.
Получается, что любовь — это сила аварийная, спасающая, а не творящая! Это искупление из недостатка качеств, а не проявление избытка качеств?
Такое вот предметное богопознание.
Божественной закон диссимметричности любви
Грешники больше чем праведники нуждается в Боге. Это как проблемный ребенок в семье, который требует больше внимания, заботы и любви, тогда как «хороший» ребенок остаётся как бы сам по себе, самостоятельно развивается, обучается... Внимание семьи преимущественно фокусируется на сложном ребенке, без такого родительского сосредоточия тот может остановиться в развитии, склонится ко злу, совершению чего-то недостойного и плохого, к дурным мыслям и желаниям...
Праведник же во многом самостоятельно по своей благой природе и жизненным делам заслуживает и достигает света, тепла и общения с богом. Грешнику это не дано в силу слабости его природной сущности.
Евангельский пример: спасение заблудшей овцы, ради которой хороший пастырь оставляет на время без своего внимания и попечения доброе стадо.
В среде грешников должно быть «больше Бога», чем среди праведников.
Единственный шанс грешника на спасение — это любовь к нему Бога и ближних; без них, без их сострадательного соучастия он оставлен.
Вот в чем глубинная истина «диссимметричного» принципа «возлюби врага своего»: совершающий зло человек обнаруживает свою греховность, и значит объективную необходимость (а должно бы еще и субъективную потребность!) в спасении, которое возможно через любовь. И «первая помощь» — это основанное на достоверном свидетельстве произведенного зла диагностирование этого зла и его нейтрализация в самом грешнике любовью — любовью именно пострадавшего, источаемой с глубоким душевным сочувствием и обретенным эмпирически-умным знанием «кейса»!
Рай и нужен только для того, чтобы уравновесить мир, сбалансировать действие ада!?
Война запредельных миров
Силы небесные — светоносные воинства рая, с Востока, и орды подземные — преисподние власти тьмы, — с Запада.
И битва меж них — не оружием мира сего: мечами, пушками и самолётами, силой и немощью, верованиями и знаниями, — а воюют добродетелями и грехами, праведностью и порочностью, любовью и ненавистью. И победы их — души, купленные за цену их истинной сущности.
И когда чертоги ада опустеют — ибо все будут искуплены, и когда войско преисподней обезлюдит — ибо в вечном мраке и изнывном холоде не останется ни одного нераскаявшегося грешника, — тогда и тьма ада рассеется в нестерпимом свете вселенской благодати, и власть дьявола истает в сердечном тепле безупречной любви всеединства...
Затертый аверс личности
Люди на самом деле лучше, чем даже они сами о себе думают.
Но как пробиться к этой сердцевинной сущности? Как пройти по узкой тропе правильного восприятия «настоящего» — глубинного, психоядерного — человека?
Путь выработки такого зрения — это узкая и опасная тропа, с одной стороны которой — реальная пропасть повседневной греховности человека, которая генерируется непрерывно в ходе эмпирических переживаний (не о том помыслил, не то возжелал, не так сделал или, напротив, не сделал или не сказал/промолчал, не исполнил обязательства, не оказался на высоте и/или не был праведен с жизненно допустимой погрешностью...). Это крайность — как коварная осыпь, уносящая человека в его душезрении своего ближнего в пропасть негативного отношения...
С другой стороны — отвесная скала непомерно вознесшейся самопричинной любви ближнего к самому себе, ни на чем не основанной и оправдываемой лишь фактом самого собственного существования этого ближнего, повседневный клич которого — горделивое «Возлюби себя!».