Перейти к содержимому

Осень, чудеснейшая пора природы и покаянный сезон жизни...
Палая, мудро-утомленная скоробытием листва под истоптанными земной бренностью ногами...
Небо, строго суровеющее скорым ненастьем и обетующее окончательный коллапс беззаботно-летнего бытия...
Солнце, стесненное серой хмарью в жертвенном усилии раскрыть свою лучезарную сущность...
Дождливые прорехи в проржавленных кронах деревьев, тщащихся сохранить летнюю полноту цвета...
Воздушная незамутненность пространства — геометрического пространства жизни и метафизического пространства опразрачненной мысли...
Предчувствование и обретение необманчивых перспектив.
А потому и... [предусмотрительно выпущено цензурою]

Переход в эру постгуманизма возможен и осуществится тогда, когда всякая тварь — не только человек, но всякая букашка, пчёлка, червячок и любая другая биоформа жизни — обретет мировое сознание замысла Божия и вселенскую радость соучастия в нем.
Это деятельное откровение, обретение и исполнение истинно христианской мировой сострадательности человека и всего живосущего, способного к целостному восприятию разумного всеединства и к должному сопричастию явлениям Божьего мира.
И тогда, в творческом выражении и раскрытии всемирно-природного сочувствия сбудутся чаяния Франциска Ассизского, видевшего живую душу братьев по жизни в каждом явлении природы…

Нынешнее христианство — на этапе теоретического покаяния, хотя в целом за 2000 лет урок не усвоен.
Искупление — есть следующая ступень на лестнице апотеозиса человека. Искупление, т. е деятельное исправление ошибок эволюционной истории человека и самой истории человечества в культурно-геологическом масштабе времени. Это и есть активное христианство. Это и логика и философия, дело и космология искупления из природы всей эмпирической неправды бытия мира; искупления, предмыслимого Богом как обретенное миром посттворчество — продолжающееся раскрытие первичного благого замысла о должном и истинном онтологическом статусе Космоса.
Богословие как теория христианства должно перейти в богодействие как дело христианства; отвлеченная нравственная мысль сынов должна телесно воспроизвести их отцов в виде воплощённой нравственности...
Веро-учение должно стать веро-исполнением. Как виноград, пресуществленный в вино...

Дискриминационный постгуманизм: собакам физиологически соответствовать своему естеству в сквере не возбраняется, человеку же — категорически запрещено.
И это уже не всетолерантный постгуманизм, а в точном смысле слова, человекоотрицательный постгуманизм, а именно а-гуманизм!
Культура по самому замыслу репрессивна в отношении природы человека, но ограничивается именно и только им, вместо того, чтобы мыслить и осуществлять тотальное преображение всей наличной мировой данности. Но постгуманизм, напротив, как будто, нацелен на приоритетное, в лучшем случае — со-равное — облагораживание природы внеразумной животины и человека.

В тихое затишье ночных часов даже сквозь оголтелый урбанизм проступает красота и сила жизни, воля и призыв природы к абсолютному, мудро и эстетически являемая в преходящем, в разрозненных штрихах замысла Бога о мире и человеке.
Сквозь тернии к жизни! Великий почин вселенского бытия...