Мышление — сильнейший допинг для человека...
Нетривиальная мысль по своей природе и эффекту — особый галлюциноген, позволяющий проникать в иное, взламывая сковывающие стереотипы мышления, выходя за установленные пределы ума, т.е. из-ум-ляясь.
Метка: природа
Рационально-молитвенное осознание…
Высшие силы мира, пересоздайте меня!
Господи, преобрази и переформатируй мою изъязвленную эмпирикой сущность!
Претвори мою немощную природу и возрасти мою грешную личность. На более прочных (вот бы незыблемых) основаниях, на более твердых (хотя бы и не абсолютных) принципах! Сверши бренность (пусть не вечность) в иных телесных пределах!
Небеса, захватите меня и верните на новую землю в новом теле, а главное — в новом сознании...
Мировая эмпатия
…Сочувствую дождю, скорбящему в опозоренных зимой голых ветвях покинутых деревьев; распознаю тревогу и грусть неприкаянного ветра, мятежно-беспокойного, заблудившегося в прямоугольных карманах урбанистического пространства беспамятного мегаполиса; соучаствую букашке, уверенно несущей бремя своего призрачного бытия; сопереживаю природе, тоскующей в неосознаваемой вечности и ликующей в ее осколочных мгновениях неугасимой жизнью…
Эти впечатления коррелируют (увы, с отрицательным знаком) с благостным ощущением всеединства, которым пропитаны строки Баратынского:
С природой одною он жизнью дышал,
Ручья разумел лепетанье,
И говор древесных листов понимал,
И чувствовал трав прозябанье;
Была ему звездная книга ясна,
И с ним говорила морская волна.
Мятежная природа
Значительная, возможно, бо́льшая или даже подавляющая часть жизненной энергии интеллектуально и чувственно активного эмпирического человека тратится на ожесточенную, непрерывную борьбу с самим собой, на расточительное и мучительное преодоление собственной природы, изнуряющее ее, — вместо того, чтобы быть направленной на творческое, смелое и благое преображение этой данности, обогащающее и возвышающее ее, на преобразование большого мира, который, конечно же, ждёт своих творцов-демиургов...
Любовь к себе…
О проявлении такого «естественного» чувства можно более или менее уверенно говорить, лишь не задумываясь о нем, а просто занимаясь «делом повседневной жизни». Тихая механика и магия «самозарядной» любви к себе.
Но как только вознамериваешься отыскать и измерить это чудодейственное чувство в своей душе, как только начинаешь исследовать его метафизику, так обнаруживаешь зияющие пустоты и подлые каверны в природе своей личности и потому не находишь оснований для любви к себе. Внутреннему чувственному взору открываются ямы и колдобины собственной натуры — тем более явственные и глубокие, чем настойчивее желание обрести любовь к себе, так что испаряется сам субстрат личности, на котором могла бы произрасти желаемая и искомая любовь. В таком случае собственной любви к себе хватает лишь на то, чтобы хотя бы не ненавидеть себя...